gorlenka (gorlenka) wrote,
gorlenka
gorlenka

Людмила Целиковская

Людмила Целиковская  (8 ceнтябpя 1919 – 4 июля 1992) Народная артистка РСФСР (1963). Родилась 8 сентября 1919 г. в Астрахани в благополучной семье российских интеллигентов. Её отцом был народный

артист РСФСР, заведующий музыкальной частью, затем дирижёр Большого театра Василий Васильевич Целиковский (1900-1958). Мать - Екатерина Лукинична - оперная певица (сопрано). До 1925 г. семья проживала в Астрахани, но в связи с тем, что Люда болела лихорадкой, врачи настоятельно посоветовали её родителям сменить для девочки климат. И Целиковские переехали в Москву. Здесь она пошла на поправку. 
В музыкальной семье девочка выучила ноты раньше, чем буквы, но музыка не стала её призванием - природа не наградила Людмилу Целиковскую оперным голосом, а для игры на фортепиано рука была слишком миниатюрной. Впрочем, девочка училась в Гнесинской школе и даже выходила на большую сцену: она выполняла серьёзную миссию - в финале 4-й симфонии Чайковского била в литавры, когда оркестром дирижировал её отец. А когда она была в Вене, ей разрешили сыграть на клавесине Моцарта. "У меня лились слёзы из глаз, и, чтобы они не капали на клавиши пианино, я подвязывала полотенце, - вспоминала Целиковская, - и продолжала играть". Музыкальный слух позволил ей легко освоить английский язык – она переводила пьесы английских драматургов "для удовольствия", а потом и в поисках подходящей роли. Но это потом, а в 1935 г. только начиналась карьера артистки Целиковской. Хотя друзья семьи со смехом вспоминали, что артистическая карьера Люси началась в детстве, когда она "играла" побирушку. Дело в том, что девочка очень любила разыгрывать разные сценки, а одной из любимых забав было …просить милостыню под видом несчастной нищей на Тверской.
  Забавы и игры закончились, когда мама Людмилы Целиковской с помощью подруги-актрисы Анны Бабаян привела 16-летнюю дочь на просмотр к режиссёру Театра имени Е.Вахтангова Рубену Симонову. Режиссёр вынес вердикт: театр ждёт актрису Целиковскую. Симонов посоветовал ей обязательно поступать в театральный институт и после окончания школы в 1937 г. Людмила Целиковская подала документы в Театральное училище имени Щукина.

  В том году желающих поступить в "Щуку" было около 900 человек, а свободных мест только 13. Шансов поступить у Целиковской было не так уж и много, и поначалу ей показалось, что она с треском провалилась. Вот как она сама вспоминала об этом: "Помню только, что после чтения обязательной прозы, стихотворения и басни кто-то из комиссии (а у меня от страха в глазах было серо, мне показалось, что все члены комиссии были одеты в одинаковые серые костюмы) спросил: "С кем вы готовились к экзаменам?" Я сказала: "С мамой". В ответ - дружный хохот. А на вопрос, как меня зовут, я сказала: "Людмила Васильевна". Комиссия развеселилась ещё больше, а у меня от обиды брызнули слёзы из глаз, и я убежала, твёрдо поняв, что уж актрисой мне никогда не стать. 
В это время следом за мной выбежал Дима Дорлиак - один из самых красивых молодых артистов театра, и, успокаивая меня, сказал: "Не волнуйтесь, вы понравились. Это у нас в театре так принято принимать - с юмором и смехом. Нате, вот вам платок, вытрите слёзы". Господи! Что со мной было! Я была как во сне. Сам знаменитый Клавдио (из "Много шума из ничего" и Люсьен из "Человеческой комедии" - спектакли Театра имени Е. Вахтангова) дал мне свой платок! На следующий день, прибежав в училище рано-рано, когда вход в здание на улице Вахтангова, 12 был закрыт, и, прождав около часу, я наконец увидела свою фамилию в числе тринадцати принятых..."
  Ещё студенткой училища, Целиковская была зачислена в труппу Театра имени Вахтангова. Её первой ролью на сцене этого прославленного театра была Клариче в "Слуге двух господ". Свою первую роль в кино (пионервожатую Валю в фильме "Молодые капитаны") Целиковская сыграла в 1939 г., ещё студенткой. И хотя эта роль не стала открытием молодой актрисы ни для зрителей, ни для критиков (да и сама Целиковская её не любила), однако бесследно она всё равно не прошла. Режиссёр Константин Юдин заметил молодую и красивую актрису, поверил в неё и в 1940 г. предложил ей главную роль - Шурочки Мурашовой - в своей комедии "Сердца четырёх". По словам самой актрисы, это была её самая любимая картина, так как она играла саму себя. (Например, актриса так же обожала сладкое, любила музыку и ненавидела математику.) В этой картине Целиковская буквально уговорила режиссёра разрешить ей самой спеть песню, которую до этого предполагалось озвучить с помощью профессиональной эстрадной певицы. Юдин разрешил, но во время записи случилось непредвиденное - Целиковская так перенервничала, что у неё пропал голос.
Запись пришлось отложить на неделю, что было делом неслыханным - из-за 19-летней студентки простаивал оркестр из 70 человек. И всё-таки эту песню она записала. Фильм должен был стать самым кассовым фильмом 1941 г., однако его премьере помешала война. Он вышел на экраны страны только в 1944 г. 
  А вот фильм Александра Ивановского "Антон Иванович сердится", в котором Целиковская также играла главную роль (он снимался почти одновременно с "Сердцами четырёх") успел-таки попасть к зрителю в первые месяцы войны. "Какая живая партнёрша мне досталась! - восхищался Павел Кадочников, герой-любовник тогдашнего кино... На этот раз Целиковской петь не доверили, и вместо неё это сделала профессионал - известная певица Дебора Пантофель-Нечецкая. Но так случилось единственный раз: в остальных фильмах и спектаклях Целиковская всегда будет петь сама.
   Война застала Людмилу Целиковскую в Ленинграде - на съёмках последних сцен "Антона Ивановича..." Она вернулась в Москву, но пробыла в ней недолго - 14 октября вместе с театром она эвакуировалась в Омск. Вскоре туда пришла телеграмма из Алма-Аты - режиссёр Л.Трауберг приглашал актрису на съёмки фильма "Воздушный извозчик", сценарий которого Валентин Катаев написал специально на неё. На съёмках этой картины Целиковская познакомилась с актёром Михаилом Жаровым, который вскоре стал её третьим мужем. 
  Первый раз замуж Целиковская вышла рано - на втором курсе театрального училища. Её мужем стал студент того же заведения Юрий Алексеев-Месхиев. Однако их совместная жизнь продлилась недолго, и вскоре они расстались. 
  Вторым мужем Целиковской стал писатель Борис Войтехов. К моменту этого замужества Целиковская была уже известной актрисой, имела массу поклонников, среди которых было много известных людей. Однако актриса выбрала себе в спутники не самого заметного среди них, но искренне любившего её. Правда, и этот брак, продлившись несколько лет, распался. 
  И, наконец, в 1943 г. судьба свела актрису с М.Жаровым. Не желая обманывать своего супруга - писателя Бориса Войтехова, - Людмила Целиковская написала ему со съёмок в Алма-Ате письмо, что жить без Жарова не может. В ответ оскорблённый муж стал закидывать актрису телеграммами с угрозами: "Берегитесь!", "Ждите беспощадности!" А уж когда свою связь с Целиковской обнародовал для своей жены Жаров, началось что-то страшное. В конце концов не выдержало здоровье Михаила Ивановича, и он на полтора месяца слёг в больницу с сердечным приступом.
  Жить молодожёнам тогда было негде. Довольно долго они снимали номер в гостинице "Москва". Потом получили небольшую квартиру, окна которой выходили на гостиницу "Астория"... 
  Между тем съёмки в "Воздушном извозчике" внесли изменения не только в личную жизнь Целиковской, но и в творческую - из-за них её отчислили из Театра имени Е.Вахтангова. Однако актрису это почти не озаботило. Без работы она не оставалась. После съёмок в "Воздушном извозчике" её пригласил в свою новую картину сам Сергей Эйзенштейн, который оказался в плену её таланта после фильма "Сердца четырёх". Так Целиковская попала на роль царицы Анастасии в фильме "Иван Грозный" (1945). 
  "Когда Сергей Михайлович Эйзенштейн пригласил меня сниматься в фильме "Иван Грозный" в роли первой жены Ивана IV, мне, только что вышедшей из театральной школы девчонке, это предложение показалось страшным и несбыточным, хотелось убежать и спрятаться куда-нибудь подальше", - вспоминала актриса. Мастер выбрал её, потому что увидел в ней свою героиню: "Радостью сияют глаза Анастасии", "Глаза Анастасии сияют счастьем", "На глаза Анастасии набегают слёзы", "Иван приникает к губам счастливой, смущённой Анастасии"... Это режиссёрские ремарки к одному из эпизодов "Ивана Грозного". 
Эйзенштейн увидел в жизнерадостных, беззаботных, слегка кокетливых и наивных героинях Целиковской черты будущей "царихи". Такое прозвище получила на съёмочной площадке Людмила Целиковская. Так и называл её впоследствии муж, Михаил Жаров, игравший в фильме Малюту Скуратова. Она полностью подчинилась воле режиссёра, старательно и точно воспроизводила заданный рисунок образа. За это и досталось от критиков, мол, слишком зажатая получилась Анастасия. "Не старайся играть "царицу". Она ведь просто девчонка, которая попала в золотую клетку, она любит, как и ты, бегать по саду, ловить бабочек и собирать цветы, а ей по ритуалу надо сидеть у окошка и терпеливо ждать своего господина", - объяснял он. 
  Поездка в Алма-Ату из заледеневшей голодной Москвы, в которой дымчатый кот, жалея хозяев, приносил им пойманных крыс, казалась Целиковской настоящим раем. На тот момент она была на грани чахотки и кормилась, продавая носки собственной вязки... Но во время съёмок "Ивана Грозного" она чуть не осталась без глаз - неправильно были установлены софиты, ей наклеили огромные накладные ресницы, в которых нельзя было моргнуть и хрусталики глаз были "сожжены" (вот откуда секрет искрящихся васильковых глаз Целиковской).
  В 1946 г. на экраны страны вышла музыкальная комедия "Беспокойное хозяйство", которую поставил сам Жаров и главную роль в которой исполняла Людмила Целиковская (это был его своеобразный подарок жене). В лётном полку Марины Расковой, где Целиковская и Жаров провели три месяца, выступая перед бойцами (часто прямо посреди концерта раздавалась команда: "Воздух!"), генерал Михаил Громов подарил Жарову и Целиковской сюжет о ложном аэродроме, из которого впоследствии и получился фильм.
  Михаил Иванович очень заботился о жене. В те трудные времена он создавал для неё поистине голливудские условия для съёмок: на общих планах ей давали дублершу, и даже макияж у актрисы был американский - фирмы "Max Factor", в Советском Союзе в те времена о таком и не слышали.
  В 40-50-е годы популярность Целиковской была фантастической. 
На фронтах Великой Отечественной солдаты поднимались в бой со словами: "За Родину! За Сталина! За Целиковскую!" Зрительницы Вахтанговского театра, горячие поклонницы двух ведущих актрис – Людмилы Целиковской и Галины Пашковой – делились на "целикисток" и "пашкисток", доходя в своих стычках порой до рукопашных боёв. Фильмы с участием Целиковской собирали аншлаги, поклонники нежно называли актрису Люсей, её портреты украшали квартиры. Школьницы восьмого-десятого класса старались носить платья как у Целиковской, они завязывали бантики точь-в-точь, как она завязывала в своих фильмах. Про Целиковскую говорили: "Три миллиона мужчин не могут ошибаться". Её засыпали цветами, её спектакли специально приходили посмотреть высокопоставленные лица... В 1952 г. в Киеве проходили гастроли Вахтанговского театра. После спектаклей Целиковскую спускали по пожарной лестнице, потому что у входа её ожидала огромная толпа, пройти через которую не было никакой возможности. Киевляне протягивали к ней своих детей с мольбой: "Поцелуйте! Благословите! Прикоснитесь!"
   Однако вот что рассказывала сама актриса о том времени и своей карьере в кино: "Меня правительство не поддерживало. Например, когда выходила какая-нибудь комедия Александрова, во всех газетах появлялись статьи. И всех действующих лиц расхваливали. Когда же выходили фильмы Юдина ("Сердца четырёх", "Близнецы"), их ругали. И я всегда чувствовала, что для руководства почему-то я актриса второго сорта. Мода, видно, была такая. Но меня очень любили простые люди, и это было большой поддержкой... Когда за "Ивана Грозного" всем дали Сталинскую премию - за первую серию, то меня Сталин из списка премируемых вычеркнул. Сказал: "Царицы такими не бывают". Так что у меня за всю жизнь даже наград никаких не было".
  Кроме этого, экранный имидж актрисы был совершенно иным, чем у Любови Орловой или Марины Ладыниной: героини Целиковской не несли в себе никакого идеологического начала. Не было у неё и влиятельного мужа-покровителя, котоpый мог бы выгодно устроить карьеру своей дражайшей половине, вовремя похлопотать за неё. 
  В конце 40-х годов её и ещё одну артистку пригласили в особняк Берии "посмотреть кино". "И мы, дурочки, пошли", - смеялась потом Целиковская. После фильма к ним стали приставать. Людмила, не думая, одному из замов Берии Богдану Кобулову по "оливковой роже" врезала и побежала к выходу. Бежит, а сама боится: сейчас начнут стрелять. Но её не тронули. Раз, думали, посмела замахнуться на такого человека, может, Сам покровительствует. А вот вторая актриса осталась в особняке и спустя несколько лет попала в лагерь... А однажды Целиковской предложили заниматься стукачеством! Она тут же нашлась и сказала: "Не могу! Вы знаете, я во сне разговариваю! "
   Между тем и после войны амплуа Целиковской в кино почти не изменилось: против ролей в комедиях "Близнецы" (1945) и "Беспокойное хозяйство" (1946), она могла выставить лишь одну драматическую роль, причём, эпизодическую, - в картине "Повесть о настоящем человеке". Причём большинство критиков именно эту роль - медсестры Зиночки - считают поворотной в карьере Целиковской. Это была работа творчески зрелой актрисы. Однако режиссёры так и не разглядели в Целиковской этих изменений.  Ей продолжали поступать предложения играть роли наивных героинь, но от всех этих предложений актриса отказывалась. В результате за последующие 9 лет она не снялась ни в одном фильме. Единственным местом работы для неё стал Театр имени Е.Вахтангова, куда её вновь приняли в 1945 г. Среди её театральных ролей: Дениза в "Мадемуазели Нитуш" Эрве, царица Мария Нагая в "Великом государе" по В.Соловьёву, Дженевра в "Глубоких корнях".
  Видимо, неудовлетворение творческой жизнью, ощущение себя на вторых ролях угнетало талантливую актрису. Она пыталась найти счастье в личной жизни, но и брак с Михаилом Жаровым трещал по швам. Она безумно хотела родить ребёнка, но этого не случилось. В конце концов брак двух звёзд советского кино распался. Жаров очень переживал разлуку с ней. Ходили даже слухи, что он пытался подкупить жену чёрным жемчугом, отвалив за него чемодан советских денег. Однако, как бы там ни было, спустя много лет Целиковская назовёт первые два замужества ошибками молодости, а о Жарове всегда будет отзываться тепло и по-доброму. И скажет: "Он любил меня больше всех… А я больше всех любила Алабяна".
  Каро Алабян, четвёртый по счёту муж Целиковской, был знаменитым архитектором.
В 1934-40 гг. именно по его проекту строился Центральный Театр Советской Армии, прокладывался Ленинградский проспект. С 1937 г. Алабян был депутатом Верховного Совета СССР. Художник и архитектор, отличный певец, заядлый театрал, он дружил с Рубеном Симоновым, тогда ещё простым артистом Театра им. Е.Вахтангова, который и представил ему Целиковскую. Уже при следующей встрече Алабян взял её руку, внимательно рассмотрел линии на ладони и улыбнулся: "А знаете, вы будете моей женой". Больше они уже не расставались.
  В конце 40-х годов Целиковская и Алабян стали мужем и женой. Ей было 30, ему - 50. Новый брак знаменитой актрисы оказался самым счастливым для неё: в сентябре 1949 г. она родила сына, которого они с мужем назвали Александром. По словам многих, знавших эту семью, Целиковская была сумасшедшей, фанатичной матерью. Окружённая многочисленными поклонниками, Целиковская всегда оставалась верна своему единственному любимому мужчине, как она его называла, - сыну. "Сын, - говорила она, - это ни с чем не сравнимо, и даже внук не может занять такое место в сердце, как Саша". 
  Казалось, что с рождением ребёнка её семейная жизнь будет приносить одни радости. Однако внезапно начались неприятности у Алабяна. Л.Целиковская рассказывала: "Алабян, конечно, был человеком удивительным. Высокий интеллектуал, совершенно бескорыстный, очень порядочный. Смелый, за что и поплатился. 

 
   В 1963 г. Людмила Целиковская наконец-то дождалась официального признания своих заслуг - её удостоили звания народной артистки РСФСР. В тех же 60-х годах Целиковская связала свою жизнь с режиссёром скандально известного Театра на Таганке Юрием Любимовым. Знакомы они были давно: когда Целиковская училась на первом курсе театрального училища, Любимов был на четвёртом курсе. Они вместе работали в Театре имени Е.Вахтангова: она играла - Джульетту, он - Ромео, в 1945 г. снялись в фильме "Беспокойное хозяйство". 
  Звездное имя Людмилы Целиковской воздействовало не в последнюю очередь на давших "добро" на открытие Театра на Таганке. Жёсткий характер Людмилы Васильевны, совсем не соответствовавший её несколько легкомысленной внешности, её целеустремленность, острый ум, связи, идеи - всё это легло в фундамент молодого театра.  
  "Из дверей начальника всемогущего в 60-е годы Реперткома мы вышли глубоко возмущенными, - вспоминает первый директор Театра на Таганке Николай Дупак. - Нам зарубили очередную, кровью и потом политую постановку. Любимов кипел. Он был загнан в угол и просто не знал, как бороться дальше. И вдруг навстречу появилась Людмила Васильевна. Она взяла нас обоих под руки и своим мелодичным голосом сказала: "Пошли, ребята, отсюда. Я нашла людей, которые возьмут на себя решение нашей проблемы". Целиковская была очень тонким человеком. Зная взрывной и независимый характер своего мужа, никогда не вмешивалась напрямую в дела театра. Наши конфликты - режиссёра с директором - разрешала очень просто, отведёт меня в сторону и мягко скажет: "Не обращай внимания, это у него пройдёт". И напряжение снималось. Её влияние было очень велико. Людмила Васильевна прекрасно знала литературу, музыку. Умела деликатно "подсунуть" свежую идею, никому ничего не навязывая. Мы дружили домами, часто встречались. Целиковская вообще любила собират друзей, в их доме всегда было весело и интересно, приходили самые выдающиеся люди. Пользуясь своим умом и обаянием, она привлекала и "нужных" для дела персон. Вообще это была светлая личность... Людмила Васильевна знала поэзию как настоящий пушкинист. Актёры получали от неё уникальные советы и чисто актёрские, и литературоведческие. Жаль, что Целиковская и Любимов расстались, ведь она отдала ему столько любви, тепла и поддержки... Из-за него забросила свою карьеру".
  Ходили упорные слухи, что знаменитые таганковские поэтические композиции и инсценировки повестей и романов (в театре их пренебрежительно называли "болванками") писала Целиковская. Именно на их основе Юрий Петрович поставил свои самые лучшие спектакли. На премьере спектакля "Деревянные кони" Фёдор Абрамов сказал: "Этого спектакля не было бы, если бы на отдыхе в Прибалтике Людмила Васильевна не прочла мою книгу". Та же история приключилась и со спектаклем "...А зори здесь тихие" - за одну ночь Целиковская прочла в свежем номере "Юности" повесть Бориса Васильева, и к утру болванка была почти готова. Официально же она работала вместе с Любимовым только над одним спектаклем - композицией по стихам Пушкина "Товарищ, верь!".
  "Мама прожила с Юрием Любимовым 20 лет, хотя они так и не оформили официально свои отношения, - рассказывает сын актрисы Александр Алабян. - Внешне всё выглядело нормально, мне интересна была их жизнь, компании, которые здесь собирались, - Пастернак, Высоцкий, Бакланов, Можаев, Вознесенский, Евтушенко, Фёдор Абрамов, Борис Васильев, Пётр Капица… "
  Кстати, в их с Любимовым квартире Владимир Высоцкий впервые исполнил свою знаменитую песню "Я не люблю": 
…Я не люблю насилье и бессилье, 
И мне не жаль распятого Христа. 
- Володя, - сказала тогда Людмила Васильевна, - так нельзя. 
После этого появилась новая строчка, кардинально меняющая смысл песни: 
…Вот только жаль распятого Христа. 
  Была и такая история. Наверху собирались запретить очередной спектакль Любимова и вызвали его на ковёр. Целиковская осталась дома и очень переживала. Когда она, наконец, не вытерпела и позвонила в секретариат высокого начальства, к которому ушёл муж, то попросила соединить её с Любимовым. А потом нарочито громко своим тонким голосочком сказала, чтобы было слышно чиновникам: "Юрий, не унижайся! Пошли его к чёртовой матери и немедленно домой! И купи по дороге можайского молока".
  А однажды в разгар многолюдного обсуждения спектакля в Театре на Таганке она так рассердилась на Любимова, что громко сказала: "Юра, ты дурак!". Все остолбенели. А она на секунду задумалась, и: "Нет, это слишком сильно сказано. Юра, ты гений!" Полная бурных событий, скандальная жизнь Таганки не только прошла у Целиковской перед глазами, но и втянула её в свой водоворот. В театре её в шутку звали генералом, а Любимова - полковником.   Брак Целиковской и Любимова продлился более 10 лет и распался в 70-е годы. Они не скандалили, не выясняли отношений. В 1976 г. на гастролях Таганки в Будапеште Любимов познакомился с венгеркой Каталиной Кунц (Юрий Петрович называл её Катей), по словам которой, их с Любимовым сразила не просто любовь с первого взгляда, а невиданная, не испытанная ими доселе, фантастическая страсть. Последовал головокружительный роман. Юрию Петровичу нужно было время, чтобы достойно расстаться с Целиковской: плохого к себе отношения она не заслуживала. И он это понимал. Людмила Васильевна знала о романе мужа, но молчала. А когда терпеть не было больше мочи, просто сказала: "Уходи!"
  Потом Целиковская уже никогда не вспоминала Юрия Петровича. И только однажды, незадолго до смерти, призналась: "Умирают даже камни. Чтобы жить с гением, нужно быть душечкой. Я же - совсем наоборот, упрямая, со своими взглядами. Мы стали друг друга немножко раздражать. Наверное, нужно было всё время Юрия Петровича хвалить, а я хвалить не умею. В моей семье вообще принято довольно скептическое отношение друг к другу. Например, когда дети смотрят мои фильмы, они всегда подшучивают: "Ну, мать, ты даёшь! Опять "тю-тю-тю, сю-сю-сю". Для нас подобные отношения вполне естественны, но - не для Любимова. Он однажды сказал: "Когда мы разойдёмся, у тебя в доме будет праздник". Ну, в общем, так и получилось: праздник продолжается до сих пор. Тем не менее с Юрием Петровичем мы жили хорошо и расстались хорошо".   Об её невероятной скромности ходили легенды. Ей, кумиру нескольких поколений, были чужды любые проявления звёздной болезни: Людмилу Васильевну совершенно не волновало, в какой машине она едет, какое ей заказали купе или номер в гостинице. 
  "Она была необыкновенной женщиной из особой породы людей-астраханцев, - рассказывает Людмила Максакова, актриса Театра имени Е.Вахтангова. - Всесторонне развитая, необычайно одарённая, писала пьесы, великолепно пела. И при этом в ней не было и тени зазнайства. Недаром говорят, что надо пройти огонь, воду и медные трубы. Последнее далеко не каждому дано пройти. Многие становятся павлинами... Общаясь с ней, вы бы никогда не почувствовали её славы. Она всегда умела определить для себя - что главное, а что нет. Главным для неё были дом, семья и театр. Она умела радоваться жизни, её не смущали никакие неудобства и мелочи жизни. Когда мы вместе ездили на гастроли, она брала с собой кипятильник, кружку, плиточку, кастрюльку и пачку "Геркулеса ". При всех её талантах у неё была единственная робость - перед техникой. За границей она первой решительно влетала в номер и сразу же кидалась "наводить порядок ": нажимала какие-то кнопки, что-то включала, выключала... Но всё это не очень поддавалось ей. Я ей тогда говорила "Люся, техника в руках дикаря мертва ".
  Она была преданным и искренним другом. Когда критики разгромили роман Пастернака "Доктор Живаго" и по московским улицам ходили толпы "протестующих трудящихся" с транспарантами, Целиковская не побоялась - купила огромный букет цветов и бросилась на дачу к писателю - знала, что именно там он прячется от всего мира. Увидев наглухо занавешенные окна, забарабанила маленькими кулачками в дверь: "Борис Леонидович, откройте, это я - Люся Целиковская!".
   Станислав Садальский, снимавшийся с Целиковской в фильме "Лес" в подмосковном Николо-Прозорове, вспоминал: "Для меня олицетворение женственности - несравненная партнёрша Люся Целиковская. На съёмках я разбился (как потом выяснилось, отбил печень и почки), вызвали местных фельдшеров, и они решили везти меня в сельскую больницу. Но прибежала Люся и сказала им буквально следующее: "Я - артистка Людмила Целиковская. Я вас всех расстреляю! Только в Склифосовского!" При этом она... материлась, как сапожник! Никогда я от неё такого не слышал, ведь Люся была очень интеллигентной женщиной, цитировала Пушкина. Но благодаря ей меня отвезли к лучшему травматологу Москвы и подняли почти из пепла"  Свою последнюю роль в кино Целиковская сыграла в 1980 г. - это была роль Раисы Павловны Гурмыжской в экранизации пьесы Островского "Лес". На телевидении её последними работами стали "Невероятное пари...", "Портрет" и "Репетитор". 
  Скончалась Людмила Целиковская 4 июля 1992 г. в возрасте 72 лет. Похоронили её на Новодевичьем кладбище, рядом с любимым мужем - Каро Алабяном. Юрий Любимов на похороны не пришёл...
  Одна из 10 заповедей Людмилы Васильевны, которые она оставила своему внуку, звучит так: "Иди своим путём и старайся радоваться каждому дню, каждой минуте, как это делала я. Жизнь похожа на зебру. Чёрная полоса чередуется со светлой. С этим нельзя ничего поделать. Нужно уметь радоваться жизни, иначе она превратится в кошмар сумасшедшего..."

источники - http://m-llekolombina.livejournal.com/91677.html#cutid1   http://proekt-wms.narod.ru/   http://korifei-vahtangova.narod.ru/index.files/l_tcelikovskaia.htm

Subscribe

  • Погода между нами

    Погода между нами автор: Екатерина Крылова – Задолбал уже этот дождь! – Что за весна такая? – А лето??? Это называется, лето…

  • Чего хотят женщины

    Чего хотят женщины Копипаста дело говорит Наткнулась на просторах сети на вопрос одного парнишки, мол, чё вам, бабам, кроме обеспеченности и…

  • Подай, принеси: "удобная" женщина — мужской идеал?

    Подай, принеси: "удобная" женщина — мужской идеал? Анна Петрова Есть такое расхожее представление об идеальной женщине. Она…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments