gorlenka (gorlenka) wrote,
gorlenka
gorlenka

Московские легенды

Московские легенды


За почти девять своих веков Москва-матушка обросла таким количеством мифов и легенд, что их перечисление займёт не один абзац.

Некоторые из них, самые древние, соотносятся с московскими топонимами, как, например, легенда о прекрасной возлюблённой царя Ивана Грозного, девушке незнатного происхождения, красоту которой подчёркивали тёмно-рыжие волосы особого оттенка.

В народе её за это прозвали Куницей, а место, где она жила, — Кунцево. Царь регулярно наведывался к своей милой, и дорога, которая вела к её дому, получила говорящее название Дорогомиловский тракт.

С именем Ивана Грозного связана и легенда о запрятанной где-то Либерии, его знаменитой библиотеке из восьмисот томов в золотых переплётах, которую не могут отыскать уже не одно столетие.

Ещё одну сказку подарил Москве апокалиптический 1666 год в связи с церковью Всех Святых на Кулишках, тогда говорили — на кулижках, то есть на островках твёрдой суши посреди болот, а ныне — у одного из выходов станции метро "Китай-город". Церковь эта тогда уже стояла в камне, хоть выглядела и не так, как сейчас.
[more]
Однажды, рассказывают, во время всенощной внезапно появился под куполом чёрный вихрь, завыли бесы, священник оглох, все свечи и лампады внезапно потухли, колокола и кресты попадали на землю, а прихожане своими глазами увидели, как кривляется страшный чёрт на колокольне. С тех пор и повелось выражение "у черта на куличиках".

Однако ж самым "нехорошим" с точки зрения действия нечистой силы районом в Москве издавна считалось Останкино — место, где будто бы находится огромное захоронение наших древних предков.

С тех пор, будто бы, является всем желающим потревожить эту землю новым строительством страшная горбатая старуха и предрекает несчастья, если не отступятся. Говорят ещё, что московские самоубийцы облюбовали эти места: раньше топились в болотах, а потом прыгали с крыши свежеотстроенных панельных многоэтажек, что возле самого телецентра.

Собирателем московских небылиц стал Владимир Александрович Гиляровский, сам московская легенда и знаменитый репортёр "Московского листка", автор книги "Москва и москвичи", по-простому "дядя Гиляй".
[more]
Он, родившийся в глухих вологодских лесах богатырь, гнул пальцами рубли и пятаки, распрямлял голыми руками подковы, а кочергу, наоборот, мог легко завязать узлом. Это позволяло ему без опаски проникать в самые страшные местные трущобы, вроде жуткого Хитровского рынка, где его уважали и любили ничуть не меньше, чем в великосветских или театральных кругах древней столицы.

Вся Москва знала его, а он знал всю Москву, знал досконально и верхи её, и низы, и это знание позволило ему однажды сочинить краткий и блистательный экспромт в связи с постановкой в одном из московских театров пьесы Льва Толстого "Власть тьмы":
    "В России две напасти: Внизу — власть тьмы, А наверху — тьма власти".
В литературном изложении дяди Гиляя хорошо известна притча о том, как в Москве, в ассортименте булочной Филиппова, появились сайки, то есть булочки, с изюмом.

Булочная Филиппова была чрезвычайно популярна, там продавались разнообразные пирожки со всевозможными начинками, калачи и сайки, и москвичи охотно раскупали их с пылу, с жару.

Здесь был самый вкусный чёрный хлеб и ситный. Муку Филиппов брал тамбовскую, а водичку — московскую, оттого такой же хлеб никак не получалось испечь в Петербурге, и его в замороженном виде сразу после выпекания отсылали к царскому двору из Москвы, и оттого у самого Филиппова всегда стояла очередь из покупателей.

Но булочная на Тверской славилась ещё и тем, что там водились полчища тараканов, да такие, что, когда умер старый отец и основатель дела Филипповых, другой московский литератор и острослов П.В. Шумахер сочинил на его смерть:
    "Вчера угас ещё один из типов, Москве весьма известных и знакомых, Тьмутараканский князь Иван Филиппов, И в трауре оставил насекомых".
"И вдруг появилась новинка, на которую покупатель набросился стаей, — это сайки с изюмом...
— Как вы додумались?
— И очень просто! — отвечал старик. Вышло это, действительно, даже очень просто. В те времена всевластным диктатором Москвы был генерал-губернатор Закревский, перед которым трепетали все. Каждое утро горячие сайки от Филиппова подавались ему к чаю.
— Э-тто что за мерзость! Подать сюда булочника Филиппова! — заорал как-то властитель за утренним чаем.
Слуги, не понимая, в чём дело, притащили к начальству испуганного Филиппова.
— Э-тто что? Таракан?! — и суёт сайку с запечённым тараканом. — Э-тто что?! А?
— И очень даже просто, ваше превосходительство, — поворачивает перед собой сайку старик.
— Что-о?.. Что-о?.. Просто?!
— Это изюминка-с!
И съел кусок с тараканом.
— Врёшь, мерзавец! Разве сайки с изюмом бывают? Пошёл вон!
Бегом вбежал в пекарню Филиппов, схватил решето изюма да в саечное тесто, к великому ужасу пекарей, и ввалил. Через час Филиппов угощал Закревского сайками с изюмом, а через день от покупателей отбою не было.
— И очень просто! Всё само выходит, поймать сумей, — говорил Филиппов при упоминании о сайках с изюмом".
В.А. Гиляровский, "Москва и москвичи"

Книга "Москва и москвичи" вышла в свет уже после революции, когда, несмотря на материалистическое мировоззрение большинства граждан страны Советов, городские легенды продолжали возникать. Фигуранты этих, уже "советских", мифов порой смешат, порой умиляют или заставляют сострадать.

Самая известная, наверно, — о ручном красавце белом лебеде Борьке, любимце москвичей, жившем то на Чистых прудах, то в пруду парка Горького в 60-х годах прошлого века.

Однажды доверчивого Борьку подманили какие-то тунеядцы, скрутили ему голову, ощипали и зажарили себе на ужин в подражание царским пирам. Борьку оплакивала вся столица, негодяев примерно наказал народный суд, и эта новость обошла все советские газеты.

Другая московская легенда — о зашитых во время революции неким толстосумом в стуле бриллиантах, на деньги от продажи которых позже был построен Центральный дом культуры железнодорожников, что на площади трёх вокзалов, — известна всем, кто читал блистательный роман Ильфа и Петрова "12 стульев".


Смеялись москвичи над историей, якобы случившейся на станции метро "Маяковская": ехала на эскалаторе чья-то домработница, везла свежекупленный новенький эмалированный таз, расписной в цветах, да вдруг случайно выпустила его из рук на самом верху подъёма.

Таз заскользил по эскалатору и подкосил генерала, стоявшего на несколько ступенек ниже. Так, говорят, военачальник и ехал в тазу до самого финиша — приехал на платформу, весь в орденских планках, серьёзный такой и суровый. Пятую точку только отбил, а сам не пострадал, и даже не сшиб никого больше — другие пассажиры успели оперативно уступить ему дорогу, запрыгнув на бортик.

А вообще, московский метрополитен сам по себе породил массу городских легенд — о крысах-мутантах и стаях бродячих псов, будто бы обитающих в недрах метро-2, и о самом секретном метро-2, проложенном, по слухам, гораздо глубже основного по приказу Сталина, и до сих пор ненайденном.

Отголоском и отчасти доказательством этих слухов является тот факт, что и поныне в Москве две станции Арбатских и две Смоленских, никак между собой не связанных и находящихся на разных ветках и на разной глубине заложения...
Мила Пригожая • 05.09.2014



.
Tags: полезная информация, проза стихи притчи
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 8 comments